Сестра? Конечно, Валерия прекрасно помнила из их первых, еще осторожных разговоров за кофе, что у Дениса действительно есть младшая сестра, которая учится во Франковске. Но почему-то именно сейчас его поспешное, словно заранее выученное перед зеркалом объяснение прозвучало настолько фальшиво, что резало слух. Это было похоже на жалкое оправдание первокурсника, которого поймали на списывании, а не на слова взрослого, уверенного в себе мужчины.
Сон той тревожной ночью так и не пришел к Валерии. Она неподвижно лежала с открытыми глазами в абсолютной темноте своей спальни на Подоле, глядя на причудливые тени от уличных фонарей на потолке. Рядом, отвернувшись к стене, ровно и глубоко дышал Денис. А в ее голове безжалостно гонялись по кругу ядовитые, параноидальные мысли, сталкиваясь друг с другом. Запах тех дешевых сладких духов, казалось, въелся не только в ее кожу, но и в саму подсознательную память.
На следующее утро, едва дождавшись, пока Денис уйдет в душ, она схватила смартфон и босиком выскочила на прохладный балкон. Утренний воздух мгновенно обдал ее сентябрьским холодом, но Валерия этого даже не заметила. Дрожащими, непослушными пальцами она набрала номер Марины, едва сдерживая настоящую панику в своем обычно властном, командном голосе.
— Мариночка, умоляю тебя, выслушай меня. Это критически важно, — горячо шептала Лера в трубку, постоянно оглядываясь на стеклянную дверь, чтобы жених вдруг не услышал.
— Боже, что у вас там опять стряслось? Ты вся на нервах, голос так дрожит, будто ты конец света увидела, — мгновенно отозвалась подруга, однако в ее тоне вместо привычного тепла почему-то почувствовалось резкое напряжение.
— Я вчера вечером разбирала его дорожную сумку после Франковска… И нашла чужую женскую блузку прямо между его вещами, — на одном тяжелом выдохе выпалила Валерия, словно сбрасывая огромный бетонный блок с груди. — И она воняла… воняла какими-то приторными дешевыми духами. Это точно не его мамы.
В трубке повисла тягучая, неприятная и какая-то искусственная тишина. Валерия ожидала взрыва справедливого возмущения, шквала вопросов, привычной безоговорочной поддержки. Но когда Марина наконец заговорила, ее голос прозвучал слишком ровно, сухо и без малейшей эмоции.
— И что он тебе на это сказал?
— Сказал, что это вещь его сестры. Что собирался в жуткой спешке и случайно захватил ее с собой. Но, Мариночка, я не могу ему верить! Все мое существо кричит, что здесь что-то категорически не так. Я просто физически чувствую эту липкую ложь!
Марина вдруг громко вздохнула с таким откровенным, неконтролируемым раздражением, что Валерия даже растерялась, отстранив телефон от уха.
— Лера, прекрати эту истерику немедленно. Ты накручиваешь себя на абсолютно пустом месте, как маленькая девочка. Сказал, что сестры — значит, так оно и есть. Зачем ему тебе врать перед самой росписью? Ты вообще осознаешь, что ваша свадьба уже завтра? Это обычный мандраж невесты, гормоны играют от стресса и недосыпа. Выпей мятного чаю с валерьянкой и выбрось этот мусор из головы. У вас все прекрасно, вы идеальная пара.
Но, несмотря на все эти якобы рациональные уговоры подруги, посеянные сомнения уже пустили свои глубокие, ядовитые корни. Весь день накануне свадьбы, во время последних примерок и маникюра, Валерия снова и снова прокручивала в голове тот роковой момент: тонкая шифоновая ткань, его пластиковая улыбка и та искусственная, наигранная легкость, с которой он отмахнулся от ее немого вопроса.
Наступило утро свадьбы. В просторной квартире царила контролируемая суета: работала визажистка, воздух густо пах лаком для волос, дорогой косметикой и лавандой. Когда они с Денисом уже были полностью готовы и собирались выходить в Центральный ЗАГС, Валерия вдруг заметила его смартфон. Гаджет лежал экраном вверх на стеклянном журнальном столике в гостиной. Денис никогда не ставил на него пароль или Face ID, всегда гордо, с пафосом заявляя, что от будущей жены у него нет никаких тайн.
Раньше Железной Леди даже в голову не приходило лезть в его личную переписку. Ей это казалось невероятно унизительным и низким. Но этим утром, подчиняясь какому-то животному инстинкту самосохранения, ее холодные пальцы сами потянулись к экрану, пока Денис искал ключи от машины в коридоре.
Она едва коснулась значка популярного мессенджера. Открыв первый закрепленный чат, Валерия мгновенно окаменела, забыв, как дышать. Комната вокруг нее будто поплыла.
Это была переписка с абонентом, подписанным как «Моя родная». И длилась она, судя по свайпам по экрану, не неделю и не месяц, а больше года. Валерия лихорадочно листала экран вниз, и каждая новая строка текста била ее под дых, словно свинцовый хлыст.
«Любимый мой, когда ты уже наконец приедешь? Я так безумно, до боли скучаю по тебе…» — читали ее глаза последние сообщения, отказываясь верить в эту ужасную, грязную реальность. И дата отправки совпадала именно с его «командировкой к больной матери».
Это точно была не сестра. Никаких сомнений не осталось. Это был кто-то невероятно близкий, кто-то, кто занимал в тайной, параллельной жизни Дениса главное место. Руки Валерии затряслись так сильно, что она едва не уронила тяжелый телефон на паркет. Но девушка невероятным усилием воли, которое когда-то помогало ей выигрывать тендеры, стиснула зубы. Она заставила себя глубоко вдохнуть и беззвучно положила гаджет на место, словно ничего не произошло.
— Лера, солнце, поехали быстрее, а то мы точно опоздаем на собственный праздник! — весело, с идеальной голливудской улыбкой крикнул Денис, войдя в гостиную в безупречном темно-синем смокинге.