Вдруг она услышала мерный стук копыт и скрип колёс. Из-за поворота вынырнула телега, доверху нагруженная душистым сеном. На телеге, умело управляя гнедой кобылой, сидел Матвей Захарович.
Увидев растрёпанную, запыхавшуюся соседку без платка, Матвей придержал лошадь.
— Ты чего это, Галю, по лесу в такое время бегаешь? — мрачно пошутил он. — Темнеет уже. Волки голодные повылазят, а ты женщина дородная, им на два дня хватит.
— Ой, дурак ты старый, закрой рот! — замахала руками Галина, едва переводя дух. — Беда там! Человек умирает, спасать надо немедленно!
Она путано, взволнованно выпалила всё, что с ней случилось: и про болото, и про женщину без памяти, и про роскошную, но уничтоженную одежду, и про белый платок. Матвей слушал внимательно, его колючий взгляд мгновенно стал сосредоточенным и суровым. Переспросив ориентиры, он резко развернул лошадь.
— Я с тобой! — дёрнулась Галина.
— А ну стой! — рявкнул Матвей так, что женщина аж присела. — Домой иди! Твои уже, наверное, во все колокола бьют, ищут тебя. Я сам её найду и привезу, лес знаю лучше собственного дома. Иди, не мешай!
Галина только устало кивнула и побрела в сторону села, бормоча себе под нос:
— Ну и характер… Но расскажу невесткам — полсела сбежится послушать. Надо только придумать, что та девка из болота от бандитов пряталась, так интереснее будет…
Тем временем Матвей гнал подводу по лесной дороге. Он заметил белое пятно платка ещё издалека, как только сумерки начали сгущаться. Спрыгнув с телеги, он подошёл к женщине, которая испуганно вжалась в ствол дерева.
— Не бойся. Я Матвей, сосед Галины, которая тебя нашла, — глухо, но спокойно сказал он. — Давай, поднимайся на телегу. Благодарности потом, сейчас надо выбираться отсюда.
— Я не могу… — всхлипнула она, с ужасом глядя на высокую телегу. — Спина… я не могу пошевелиться.
— Ну не ночевать же нам тут вместе с волками! — по привычке вспылил Матвей. Он подошёл ближе, осторожно, но сильно подхватил женщину на руки. Она была лёгкой, как птичка, но когда он уложил её на мягкое сено, незнакомка вскрикнула так, что кобыла нервно повела ушами. Острая боль пронзила её тело, женщина начала тихо стонать.
Матвей помрачнел, его профессиональный взгляд костоправа мгновенно оценил ситуацию.
— Терпи, — буркнул он, укрывая её старым тулупом. — Тут недалеко. Приедем в дом — осмотрю тебя. Придётся — врача из района вызовем.
Женщина ничего не ответила. Она просто закрыла глаза, вдыхая густой, успокаивающий аромат сухой луговой травы, и позволила себе провалиться в спасительное полузабытьё под мерное покачивание старой телеги.