Часть 2
Елена молчала. Она бесцельно водила пальцем по краю серого больничного одеяла, не зная, что ответить этому седому мужчине. Это был первый врач за весь её долгий, изматывающий период скитаний, который говорил с ней нормально — не как с проблемой без документов, а как с человеком. Но доверять чужим она давно разучилась. Мир казался ей местом, где у любой помощи есть своя скрытая, непомерная цена.
Игорь Павлович отвёл взгляд и подошёл к окну.
«Невозможно, — мысленно одёрнул он себя, глядя на тёмное стекло, в котором отражалась больничная палата. — Такие совпадения бывают только в дешёвых сериалах. Надо просто сделать свою работу и уйти».
Но перед глазами вместо вечернего больничного двора вдруг всплыл образ из прошлого, который он старательно пытался забыть больше двадцати лет.
В свои пятьдесят с лишним Игорь Павлович был глубоко одиноким человеком. У него были уважение, должность, неплохая зарплата, но каждый вечер он возвращался в пустую квартиру, где его никто не ждал. Его единственный брак распался так давно, что иногда казалось, будто это случилось в другой жизни. Но измена бывшей жены, Надежды, оставила после себя пустоту, которую он так и не смог никем заполнить.
Надежда всегда была другой. Даже тогда, в конце девяностых, когда они вместе учились в медицинском училище в Тульчине, она казалась человеком, который просто ждёт своего рейса на вокзале. Она ненавидела тесные улочки, старые автобусы, пахнущие бензином, и перспективу работать в сельской амбулатории. Она грезила большим городом.
— Какие ещё переезды? На какие деньги? — резко обрывала её мать во время очередной ссоры на тесной кухне. Она гремела кастрюлей по плите, не желая слушать дочь. — Спустись на землю. Закончишь училище, получишь диплом медсестры, а потом уже про свой Киев выдумывай.
Надежда сжимала зубы и молча уходила в свою комнату. Спорить не было смысла. Без денег на билет и аренду жилья в столице она оставалась заложницей своего провинциального городка.
Игорь обратил на неё внимание ещё на первом курсе. В отличие от неё, он чётко знал, чего хочет, и, едва получив диплом, сразу отвёз документы в Винницкий медицинский университет. Винница не была Киевом, но для Игоря это был первый шаг к серьёзной хирургии. Поступив с первого раза, он начал ухаживать за Надеждой: приносил ей скромные цветы, звал на прогулки в парк.
— Ты только посмотри, какой парень возле тебя крутится, — нашёптывала Надежде мать, выглядывая из окна на улицу, где Игорь ждал её дочь. — Молодой, непьющий, в университет поступил. Упустишь такого — потом всю жизнь локти кусать будешь.
Надежда лишь едва заметно кривила губы. Какие перспективы могли быть у провинциального студента-медика? Но Игорь смотрел на неё с таким абсолютным обожанием, что она согласилась на эти отношения. В конце концов, это был её шанс уехать из-под материнского контроля. У родителей Игоря была просторная трёхкомнатная квартира в центре Винницы — вполне подходящий старт.
Когда они поженились, свёкор со свекровью приняли Надежду тепло. Они быстро выделили молодым самую большую комнату и начали осторожно планировать покупку детской коляски. Но проходил год, потом второй, третий, а детский смех в квартире так и не зазвучал.
— Что-то вы затянули, дети, — как-то вечером за чаем осторожно начала свекровь, глядя на Надежду. — Может, стоит к врачам сходить? Время-то идёт.
Игорь тоже не понимал, в чём дело. Он был здоровым, работал на двух работах, чтобы обеспечить семью, и искренне мечтал о сыне или дочери. Ему и в голову не приходило искать причину в чём-то другом.
Пока однажды вечером, разыскивая свой паспорт в комоде среди зимних вещей, он не нащупал на дне ящика блистер. Это была спрятанная под свитерами начатая пачка противозачаточных таблеток.
Игорь несколько минут просто стоял перед открытым ящиком, глядя на серебристую фольгу.
— То есть ты… просто не хочешь детей? — спросил он в тот же вечер, когда Надежда вернулась со смены. Он положил блистер на кухонный стол. Его голос был тихим, но в нём уже не было прежней мягкости.
Надежда посмотрела на таблетки. Она не стала оправдываться или плакать. Ей надоело играть роль счастливой невестки. За эти годы она успела отложить неплохую сумму со своей зарплаты медсестры — деньги, о которых Игорь ничего не знал.
— Я хочу развода, — спокойно сказала она, глядя ему прямо в глаза. — И я уезжаю отсюда.
Для Игоря эти слова стали чертой, за которой его прежняя жизнь просто рухнула. Он отпустил её, не устраивая скандалов. Если бы он только знал, чем обернётся её жажда столичной жизни.
В Киеве Надежда устроилась быстро. Она нашла место в дорогой частной клинике, сменила причёску, обновила гардероб и уже через несколько месяцев познакомилась с Александром — состоятельным бизнесменом. Их встреча возле станции метро «Лыбедская» не была случайной — Надежда умела оказываться в нужное время в нужном месте.
Александр был старше, имел за плечами неудачный брак, в котором не было детей, и отчаянно хотел наследника. Когда Надежда вскоре сообщила, что беременна, он был на седьмом небе от счастья. Он сразу сделал ей предложение, купил кольцо и перевёз в свою роскошную квартиру.
Надежда принимала подарки с идеальной улыбкой. Она не собиралась рассказывать своему новому влиятельному мужу одну мелкую, но критически важную деталь. В глубине души она прекрасно понимала, что биологически Александр не имеет к этому ребёнку никакого отношения. Её прежняя игра с таблетками в Виннице дала сбой как раз перед тем, как она решила уйти от Игоря.
Но это не имело никакого значения. Она наконец получила ту жизнь, о которой всегда мечтала.
— Могла бы хоть раз в год родной матери позвонить! — кричала в трубку её мать несколько месяцев спустя, случайно узнав от знакомых, что дочь устроилась в столице. — Рассказала бы хоть что-нибудь!
Надежда молча нажала кнопку сброса вызова. Она не сказала матери ни о новом браке, ни о беременности. Она навсегда отрезала своё прошлое, не подозревая, какую ловушку сама себе готовит.